Лабиринт желтого дракона - Глава 1

дата:

 

«Обложка книги в монохромной палитре с золотистыми акцентами. Вверху — имя автора „Катерина Снежная“ и название „Лабиринт жёлтого дракона“ крупным шрифтом. В центре — мужчина в богато расшитом восточном одеянии с узором дракона; в руке — жезл с головой змеи, другая рука приподнята. За ним — стилизованный лабиринт и полупрозрачный силуэт дракона. В нижней части, будто сквозь разорванную бумагу, видны два персонажа: слева — молодая женщина со светлыми волнистыми волосами, взгляд устремлён вверх; справа — мужчина с седыми прядями и суровым лицом, в тёмной одежде с медальоном. На фоне — силуэты готических башен и звёздное небо. Края обложки стилизованы под состаренную бумагу с трещинами».

Она — сирота с рынка, торгующая орехами.

Он — бог Металла, спустившийся в мир смертных ради ответов.

А в её теле спрятана карта всех дорог мира.

Когда стихия Дерева умирает, а бог Цзя исчезает без следа, единственный путь к спасению лежит через Лабиринт Жёлтого Дракона. Пройти его может только та, у кого на коже проступают двадцать восемь созвездий.

Чжоу мечтала стать мастером.

Она не подозревала, что уже избрана богами.

И что в сердце Лабиринта её ждёт мужчина, о котором она грезила все свои сны.

Но чем ближе она к нему — тем ближе тот, кто украл его.

Древний Хан, повелитель звёздной магии, готов уничтожить всё, чтобы получить карту.

Даже если это значит стереть с неба одно из созвездий.

Глава 1 Новости

Это случилось весной, когда  пятиконечная звезда у-син меняла свое положение и  сдвигалась в шестидесятилетнем цикле небесных стволов и земных ветвей вперед на шесть столпов.  Весенний гром Чжэнь  уступает место огненному Ли,  тая в себе сторону Сюнь, в которой на самом деле и  прятались все змеи.

- Что скажет мастер?! Ой, что скажет…. и хорошо ли, - переживал советник Мин,  семеня   очень мелкими шажками по  десятитысячной  лестнице ведущей прямо на одну из восьми гор небожителей.

– Ой, скажет ли он плохо?

«Коллаж в стилистике старинного магического манускрипта на фоне пергамента с астрологическими схемами и каллиграфией. В верхней части — панорама парящих в облаках скал с храмами в восточном стиле; над ними в космическом небе сияет пятиконечная звезда У‑син, лучи которой окрашены в зелёный, красный, жёлтый, синий и белый цвета, вокруг — звёздные туманности и орбитальные линии. Под панорамой надпись: „Это случилось весной, когда пятиконечная звезда У‑син меняла своё положение“. В средней части — вставной фрагмент: молодой ученик в развевающихся голубых одеждах торопливо поднимается по каменной лестнице между скал; рядом два речевых пузыря: „Ой, что скажет мастер?! И хорошо ли…“ и „Ой, скажет ли он плохо?“. В нижней части — крупный план седовласого старца с длинной бородой в богато расшитых одеяниях; он держит в руке свиток с печатью, взгляд суров и сосредоточен. Под ним текст: „Пропажа одного из пяти богов грозила гибелью мира. А если исчезает и семя Ци из Храма Трёх Судеб — не жди добра“. Композицию обрамляют золотые виньетки, по фону струятся светящиеся потоки энергии».

Ведь 2025-ый  в весеннем цикле божественного круга  попадал в четвертую пустоту, и никто абсолютно никто не мог сказать, что случится в следующие два года. Но  советник Мин точно знал  пропажа одного их  пяти богов грозила гибелью мира, гибелью всего живого во всей Вселенной. А если при этом исчезает из храма Трех судьб ба цзы семя Ци, то  не стоит даже думать, что все это закончится чем-то хорошим.   

Он буквально не мог больше перебирать ногами, и взлетел  в воздух, преодолевая высоту в легком порыве левитации. А когда  коснулся земли уже не только собрался с мыслями, но и успел  придумать себе оправдание.

Девять гор, охраняемые девятихвостой лисой никогда не бывали пусты, только Великая Пустота всегда в центре. На месте девятой  горы, которая существовала когда-то до того, как  инь и ян еще не были перемешаны теперь там… там всегда -  Пустота.

Две горы у мастера Чжэнь Мао,

две у мастера Сюнь Чэнь Сы,

две  у мастера Ли  У,

две у мастера Кунь Вэй Шэнь,

две у мастера Дуй Ю,

две у мастера Цянь Сюй Хай,

две у мастер Кань Цзы,

две у мастера Гэнь Чоу Инь. 


«Стилизованный под древний свиток арт с золотой окантовкой и восточными иероглифами по периметру. В верхней части — парящие в облаках девять гор с храмами, соединённые подвесными мостами; в центре — девятихвостая лиса из света, нависая над тёмной воронкой, из которой исходит зловещее свечение. Справа — старец в развевающихся синих одеждах, его фигуру обрамляют светящиеся линии. Под сценой надпись: „Девять гор, охраняемые девятихвостой лисой, никогда не бывали пусты. Только Великая Пустота всегда в центре“. В средней части — пятиконечная звезда У‑син с цветными лучами (зелёный, красный, жёлтый, белый, чёрный) в центре медальона; вокруг неё в круглых рамках — портреты пяти седобородых мастеров, каждый в характерной позе. Под звездой текст: „Пять богов на пять стихий У‑син. У четырёх — по одному мастеру. У бога земли — все остальные“. В нижней части — тёмный зал Храма Трёх Судеб: в центре — многоуровневый золотой алтарь с сияющим голубым ядром, вокруг — курильницы с дымом, на полу — лепестки и ритуальные чаши. Под сценой надпись: „А если из Храма Трёх Судеб исчезает семя Ци — не жди добра“. Композицию связывают золотистые энергетические потоки, имитирующие движение силы».

Пять  великих богов на пять стихий у-син: дерево, огонь, металл, воды и земля в центре. У четырех из них было под одному мастеру, а у бога земли все остальные.

И   советник Мин, не раздумывая  буквально ворвался в Предел небесного чертога мастера Сюнь Чэнь Сы, застав того за глубокой медитацией.

- Беда! Беда, – он не стал  держать голос спокойным, дух его не пребывал больше в  безмятежности. – Исчез небожитель Цзя. Пропал! Сгинул и никто его не видит! Нет больше. Кончился.

Он бросился к ногам Мастера, пока тот, не открывая глаз протянул руку, прося вошедшего быть потише.

 Но как тут будешь потише, когда из мира уходит, вытекает, выхлестывается вся энергия Дерева, а это не  только зелень, все живое, живущие, органическое. Дышащее и жрущее, щебечущее и плачущее, все!  Конец, конец всему…

 

«Коллаж‑комикс в стилистике старинного манускрипта с состаренным пергаментом и золотистой окантовкой фрагментов. В верхнем фрагменте — встревоженный старец в сине‑серых одеждах в прыжке, руки вскинуты, рядом речевой пузырь: „Беда! Беда! Исчез небожитель Цзя!“. В центре — величественный мудрец в зелёных одеяниях в позе лотоса, вокруг него лёгкое свечение; ниже — тот же мудрец с поднятой ладонью, перед ним на полу склонился ученик, речевой пузырь: „О великий! Нельзя медлить!“. В левом фрагменте — реплика: „Пропал! Сгинул! Кончился!“. В нижней части — крупный план лица сурового старца с пронзительными зелёными глазами и седой бородой; рука у подбородка, речевой пузырь: „Быть такого не может“. По фону — каллиграфические надписи, символы триграмм, ботанические зарисовки, светящиеся энергетические линии».

-  О великий, - взмолился тот не в силах терпеть. – Нельзя ждать! Нельзя медлить!

И мастер Сюнь Чэнь Сы  раскрыл змеино-драконьи глаза. Посмотрел…

 Мастера выглядят всегда  одинокого седовласые в длинных одеждах они были чем-то схожи с мудрецами не то, что небожители. Бессмертным  не грозила увядание и старость.

-  Быть такого не может, - возразил он, раздраженно  проводя по своей  длинной бороде и отбрасывая ее за плечо.

- Но случилось?  Тайно ночью в храме судьбы кто-то вынес семя Ци и затем исчез мастер Цзя. Увядает природа, болеют люди, не распустились цветы.

-  Но солнце то встало, взошло? Реки текут, металл режет, огонь горит, а земля еще не ушла из-под ног.

- А трава не растет, - истерично завопил Мин, будь у него что-нибудь в руках наверное швырнул бы. – Не рожается! Только утром в нашем  уезде умерло восемь рожениц.

«Коллаж в стилистике старинного свитка с состаренной бумагой, золотой окантовкой и восточными орнаментами. В верхней части — крупный план сурового мастера в зелёных расшитых одеждах с длинными седыми волосами и бородой; он протягивает руку вперёд, рядом табличка с репликой: „— Иди“. Слева — вставка: пожилой мужчина в синих одеяниях с свёртком в руках, он уходит вглубь освещённого лучами зала. В средней части — массивные резные двери с драконьими узорами; в проёме — силуэт уходящего старца. Под ними надпись: „Тяжёлая дверь закрылась. Исчезла последняя полоска света“. В нижней части — мастер в той же позе, но с сомкнутыми в молитвенном жесте ладонями; по бокам — статуи зелёного дракона и змеи, вокруг — светящиеся энергетические линии и дым. На фоне — алтарь с горящими свечами и иероглифами. Под сценой надпись: „Мастер прочитал мантру. Загустел воздух в обители“».

Сюнь Чэнь Сы  нахмурился, перевел взгляд на алтарь, вернул назад на советника.

- Иди, - велел ему, и, Мин содрогаясь от напряжения, вышел пятясь задом и умоляя взглядом, сделать хоть что-нибудь.

И как только за ним закрылась тяжелая дверь, и исчезла последняя полоска света, мастер Сюнь Чэнь Сы   прошёл к алтарю встал между  нефритовыми фигурами Дракона и Змея, свел руки перед лицом, так чтобы локти коснулись друг друга и прочитал мантру.

Заклубился воздух в центре горы, загустел внутри обители, и спустя мгновения перед ним возник Гэн божество стороны металла, холода и смерти.

-  Ученик мой, чем тревожишь ты мой покой?

Мастер Сюнь Чэнь Сы   низко поклонился, и вскинув руки в простительном жесте, рассказал  новость.  Гэн высокий молодой  мужчина с седыми волосами и бледной кожей нахмурился.

- Ты уверен в этом? – спросил он и получив подтверждение, кивнул: - Быть такого не может.


«Коллаж в стилистике состаренного магического манускрипта с рваными краями и фоновыми алхимическими схемами, рунами и эскизами. В верхней части — внушительная фигура мужчины с пепельными волосами в чёрной кожаной куртке с фурнитурой; вокруг него клубится призрачный белый дым, по бокам — изваяния зелёных драконов. Перед ним — седовласый старец в зелёных одеяниях с золотой вышивкой, он стоит спиной, сложив руки в почтительном жесте. Рядом речевой пузырь: „Ученик мой, чем тревожишь ты мой покой?“. В средней вставке — тот же старец в поклоне, напротив него — мужчина со скрещёнными руками; под сценой подпись: „Мастер поклонился и рассказал новость своему учителю“. В нижней части — крупный план лица мужчины: взгляд тяжёлый, брови нахмурены, пряди волос падают на лоб. Слева два речевых пузыря: „Ты уверен в этом?“ и „Быть такого не может“. По краям — надписи на английском („The Metal Element Cold Death“), стилизованные ключи, символы стихий и иероглифы».


Продолжение глава 2 

Автору на чай и кофе




Комментарии

Отправить комментарий